Понедельник, 23.10.2017, 03:12

ФИЛЬМЫ УЖАСОВ

Глава 3 Над пропастью разбитых грёз

НАД ПРОПАСТЬЮ РАЗБИТЫХ ГРЁЗ

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ

Глава 3

- Проходи быстрее, дорогуша, - нетерпеливо проговорила мадам Луиза Армонти, открыв внучке дверь. - Ты как всегда возвращаешься поздно, а завтра утром тебе придётся лететь в Италию. - Помилуй, бабушка, у тебя очередная навязчивая идея? - возмутилась Кристина, сбросив в прихожей туфли. Мадам Армонти - пожилая дама, неуклонно следовавшая старомодным принципам, - невозмутимо прошла в гостиную и остановилась у стола. Ей недавно перевалило за семьдесят, но её лицо хорошо сохранило свежесть некогда красивой женщины. Былая прелесть и очарование истиной француженки казались нетронутыми старостью и были слегка, почти незаметно подёрнуты неглубокими морщинами и вполне естественной сединой. Несмотря на преклонный возраст, Луиза держалась не просто уверенно, но и достойно, что не всегда удавалось даже опытным девицам. - Вот что, милочка, - произнесла она, нимало не смутившись. -Могу тебя заверить, что старость не отложила в моей голове никаких хронических недугов, если я что-то говорю, то отдаю полный отчёт о содержании сказанного. - Ну, ладно, - смягчилась Крисси, направляясь в свою комнату. - Ты просто решила подшутить надо мной. - Ни о каких шутках не может быть и речи, - строго отчеканила Луиза. - Я уже заказала билет, и завтра в пять утра, ты отправишься в Рим, а затем в некий городок Ф. на побережье Адриатического моря. - Бабуля, - донеслось из спальни. - Ты же знаешь, что завтра у меня особенно загруженный день в университете. Не могу ли я слетать в Италию, скажем, послезавтра, а ещё лучше - на выходных. Кристина не воспринимала всерьёз слова Луизы. - Ты так и осталась неисправимой, упрямой и несносной девчонкой! - воскликнула мадам Армонти, для которой повысить голос было равносильно измене любимому, давно умершему мужу. Кристина стянула блузку, оставшись в простеньком, весьма примитивном лифчике, не самым лучшим образом подчеркивавшим её небольшую грудь. Бабушкино раздражение, явно выходив¬шее за обычные рамки их отношений, вернуло её в гостиную. - Что-нибудь случилось? - спросила она, расстегивая молнию на юбке. Кристина старалась раскусить поведение бабушки, чтобы понять его природу. Что это могло быть: розыгрыш или нечто из ряда вон выходящее? - Да, случилось, - ответила Луиза, - но это не означает, что благовоспитанная девушка должна покидать спальню в нижнем белье. Кристина знала, что попутные замечания бабушка делала независимо от того, сбежало на кухне молоко или взорвалась водородная бомба в соседнем квартале. Кристина замерла в растерянности, не решаясь сбросить чёрную шёлковую юбку. - Так что же произошло? - повторила она, застегнув молнию. Луиза тяжело вздохнула, отвернувшись в сторону окна, и едва слышно сказала: - Сегодня погибла твоя мать.?! - Да, милая, твоей матери больше нет. Мужайся, прошу тебя. - Откровенно говоря, ты меня пугаешь, - промолвила Кристина в полном недоумении. - Ты можешь со мной не согласиться, но я недалека от мысли, что тебя одолели старческие маразмы. - Ты несносная девчонка, - возмутилась Луиза, давясь рвущимися наружу слезами. - Говори что хочешь, но однажды моя мать уже умерла. Ты ведь сама твердила об этом постоянно. - О, проклятие! - выругалась мадам Армонти, - До чего же ты бестолковая! Она была на грани нервного срыва, когда вдруг осеклась, взглянув в испуганное лицо внучки, и тяжело опустилась на мягкий стул. - Извини, дорогая, - всхлипнула она, доставая из кармана хала¬та байковый платочек. - Я сама во всём виновата. Ты ведь ничего не знаешь. Иди ко мне, малышка, иди к своей старой дуре. Кристина послушно подошла, опустилась на колени и нежно обняла заплаканную старушку. Луиза погладила её по светло золотистым волосам, чмокнула в открытый лоб и сказала: - Дитя моё, сегодня вечером твоя мама умерла. Умерла по настоящему, совсем...и навсегда. -А как же?... - Да, Крисси, девятнадцать лет назад она умерла для тебя, как мать...теперь она мертва безвозвратно.... Думаешь, мне легко было носить в себе этот тяжкий груз? Кристина ничего не понимала. Легче было смириться с тем, что бабушка тронулась в уме, чем поверить в абсурдную историю о вторичной смерти матери. Но Луиза была как никогда искренней, разбитой и несчастной. Подумать только, сколько лет она хранила от внучки страшную тайну. Невероятно! Мадам Армонти взяла себя в руки и жалобным тонким голосом произнесла: - Внученька! Я очень тебя прошу, не откажи мне, родная. Ты должна слетать в Италию, чтобы уладить все формальности. Я не знаю, какие именно, но потом, когда ты вернёшься, я расскажу тебе всю правду, всё, что было мне известно о твоей маме, и что я так отчаянно скрывала от тебя на протяжении девятнадцати лет. Прости меня. Я тебя очень люблю, не откажи мне в такой малости. - Да, конечно, - пробормотала Кристина, едва ворочая шершавым языком. - Я сделаю всё, как ты скажешь. Успокойся... Всю ночь Кристина почти не сомкнула глаз, долго металась и вертелась в широкой белоснежной кровати. Она с младенчества жила в этом доме, вдали от оживлённых современных проспектов, центральных улиц и многоэтажных зданий. Мадам Армонти всегда любила покой и порядок, поэтому, вернувшись из Англии, купила большую, можно сказать шикарную квартиру в историческом центре Орлеана. Обстановка и обычаи, преобладавшие в доме благодаря бабушкиному рвению, позволили Кристине проникнуться глубоким уважением не только к их квартире, дому и старому городу, но и ко всей Франции начала двадцатого столетия. Крисси не помнила, с какого момента началась её сознательная жизнь в стенах бабушкиного дома, она была слишком мала, чтобы запомнить это. Она при¬вязалась к бабушке с раннего детства, с того самого момента, когда узнала о смерти матери...о первой смерти...какой ужас! Луиза воспитывала её одна, стараясь вложить в растущую девочку только порядочное, светлое, достойное, что не смогла привить родной дочери. Конечно, Кристина ничего об этом не знала. Бабушка никогда не затрагивала историю Бенедикт, так как считала, что это осквернит память о ней. И всё же, самое прекрасное, возвышенное и тёплое для Кристины было связано с милым бабушкиным домом, крохотным двориком за окном и старым добрым городом Орлеан. Она не знала другого мира, кроме того, где царил неприкосновенный покой, настолько прочный и незыблемый, что способен был защитить любую маленькую и взрослую девочку от самых страшных и грозных злодеев. От детского восприятия жизни никуда не убежишь, его не переделаешь, оно остается с человеком до самой старости... Кристина не могла заснуть. На неё нахлынули воспоминания, как некое средство самозащиты от жестоких ударов судьбы. В памяти девушки не было матери, она никогда её не видела, долгие годы считала её умершей. Лишь фотографии, детские снимки Бенедикт напоминали о том, что у несчастной девочки когда-то давно была мама, которая родила её, подарила жизнь, чтобы потом.... Нет, не стоит об этом. Безусловно, Кристине хотелось, чертовски хотелось узнать почему.... Почему она росла без родителей, без мамы, которая, оказывается, не умирала, но была не с ней. Крисси многое хотела узнать и понять. С отцом всё ясно - его никогда не было. Нет, конечно, он был, иначе Кристина не появилась бы на свет. Но он исчез до того, как Бенедикт узнала, что забеременела. Впрочем, отец был ей не интересен, зачем иметь отца, если он не смог им остаться, не нашёл ни сил, ни желания позаботиться о собственном отпрыске. Возможно, он до сих пор не подозревает о её существовании. Кристина многого не знала. Зато маму ей всегда было жаль, девушка считала, что только из-за рокового несчастья осталась вдвоём с бабушкой. Всему виной была случайность. На деле вышло иначе. Её мать, такая родная и близкая мама погибла только сегодня, несколько часов назад. Где же она пропадала последние девятнадцать лет? Мысли и чувства Кристины путались и сбивались, она не могла совладать с обидой и болью, просачивающейся в душу, чистую, как утренняя роса. Теперь жизнь девушки должна была в корне измениться, невозможно до бесконечности жить в неведении реального, подлинного мира людей, шагающих и снующих где-то рядом, за предела¬ми старинного и спокойного квартала. Кристина чувствовала, что поездка в Италию перевернёт её прежнее, кропотливо возводимое бабушкой мировоззрение. С детства девочка любила читать, рисовать, всегда прилежно училась, старалась постичь высокие материи, проникнуть на вершины человеческого познания. Она поступила в университет, всецело поглощённая пристрастием к литературе, её возвышенным идеалам. Но какое значение это имело теперь? Что значили вымышленные устои, правила и моральные принципы? Чего, в конце концов, они стоили?! Когда рядом с ними, в тесном контакте, чуть ли не в обнимку, рыщут толпы бесчинства, грубости, жестокости, несправедливости и зла. Зачем посвящать себя духовности, когда миром правят материальные ценности, смердящие гнилью и разложением? Кристине стало дурно от чересчур красочных представлений, а боязнь предстоящих испытаний повергала её в полное уныние. - Главное - не сломаться, - твердила она сквозь слёзы, когда рассвет окрасил комнату в мягкие изысканные оттенки... В аэропорту среди скалистых гор Кристину встретил молодой, слегка щупленький инспектор полиции. После трехчасового перелёта девушка не просто устала, она совершенно выбилась из сил. Давали знать о себе бессонная ночь и бурно начавшийся день. Может, именно поэтому она не очень-то любезно отнеслась к рвению полицейского. - Мадемуазель Кристина Армонти? - спросил тот, с живым интересом заглядывая ей в лицо. - Я Олив Ламберт - ваш гид и помощник в деле вашей матери...примите мои соболезнования. - Мы можем ехать, - вяло ответила Крисси, даже не взглянув на него. Олив проводил её к стоянке машин и учтиво распахнул перед ней дверь белого Шевроле. Кристина осторожно опустилась на переднее сиденье, стараясь, чтобы юбка задралась не слишком высоко, и не обнажила её молодые бёдра. Она была очень застенчивой девушкой и, несмотря на зрелый возраст, любыми путями избегала мужчин, которые были мало похожи на героев из прочитанных ею книг. В девятнадцать лет она не торопилась искать желанного принца, ибо считала, что в первую очередь необходимо было твёрдо стать на ноги и выбрать подходящее занятие, найти своё применение в жизни, чтобы прокормить себя. Связи с мужчинами были уделом развратных, ограниченных девиц, чья жизнь проходила на панели, в шумных барах, казино и прочих увеселительных заведениях. Для порядочной девушки дружба с мужчиной перерастала в любовь только при желании выйти за него замуж. Кристина не мыслила интимной жизни до свадьбы, возможно, именно поэтому не пользовалась большим успехом среди парней в университете. Впрочем, она нисколько не чувствовала себя несчастной или ущемлённой, ей помогали книги и бабушкины внушения, из которых она впитывала всё гуманное, доброе и возвышенное, что должно было двигать человеческий прогресс... Но почему-то не двигало. Она толком даже не представляла своего избранника, скорее всего он ещё не родился, а может, жил где-то в Америке или на Дальнем Востоке. Независимо от того, где находился её «славный принц», Кристина верила, что он найдёт её, обязательно встретит и подарит счастье, так всегда бывало в лирических романах и трогательных мелодрамах... Олив Ламберт, выглядевший очень неуклюже в большой форме и смешной фуражке, был явно не тем, кого она ждала, поэтому и не проявляла к нему повышенного интереса. - Простите, мадемуазель, я должен рассказать вам детали неприятного инцидента, - торопливо протрещал инспектор, бросая беглые взгляды то на дорогу, то на собеседницу. - Это случилось вчера вечером около двадцати двух часов. Ваша мать была близка с мужчиной в одном, довольно привлекательном месте, близ города Ф. Я не знаю, что между ними произошло, но, скорее всего это был несчастный случай. Они вдвоём сорвались в пропасть с высоты пятидесяти метров. Извините... - Как их нашли? - спросила Кристина, стиснув зубы. Её пере¬полняла неизвестно откуда взявшаяся ярость. Но какого чёрта?! У неё погибла мать, а она злилась на неё непонятно за что. - Владелец ресторана услышал подозрительные возгласы снаружи здания, - продолжал Олив, слегка краснея. - Он послал официанта проверить, что происходит, но тот никого не нашёл, хотя чьи то крики всё же долетали со стороны моря. Сначала никто не мог сообразить, откуда доносились тревожные звуки. Порой они слышались на дороге, иногда с моря, а временами - накатывались с небес. Когда же обеспокоенный персонал мотеля обнаружил место, где Бенедикт Рош занималась любовью, было уже поздно, так как любовники сорвались с деревянной террасы, поломав ограждающие перила, - полицейский сглотнул, словно у него запершило в горле. - Их одежда осталась на полу террасы, - продолжал он, не глядя в сторону Кристины. - Мы предполагаем, что, скорее всего, это был несчастный случай. - Почему вы так уверены? - выпалила Кристина, пронзая свирепым взглядом горную трассу. - Возможно, её изнасиловали и сбросили вниз вместе с каким-то придурком, случайно попавшимся под руку. - Мы представим вам подробный отчёт о результатах расследования, как только вы опознаете труп вашей матери... - Не называйте её моей матерью! - гневно вскричала Крисси. -Зовите её просто Бенедикт. Инспектор растерялся и смолк, решив сменить тему разговора. Кристина слегка остыла, увидев внезапно открывшийся вид красивейшего города. Неудивительно, что она была первым визитёром, который, въезжая в город Ф., не испытывал никаких положительных эмоций. Казалось, она неслась не в роскошный приморский музей, а в кромешный ад, на вратах которого висело распятое тело её матери. Кристине стало стыдно, она не должна была давать волю чувствам при постороннем мужчине, причём полицейском, в чужом, не¬знакомом городе. - Простите мою несдержанность, - выдавила она, промокая влажные глаза белоснежным батистовым платочком. - Мне неинтересны подробности...несчастья. Скажите, что мне нужно делать, и не рассказывайте ни о чем. Хорошо? Олив согласился и оставшийся путь к побережью угрюмо мол¬чал, временами покусывая пухлые губы. Ехать к пресловутому мотелю не было смысла, какой был прок от вида зияющего провала в тёмном ограждении террасы? Попасть оттуда на берег моря можно было только путём, проложенным Пантерой и Майклом, поэтому Оливер направился к месту происшествия, минуя дорогу к мотелю. - К сожалению, тела остались на берегу в том виде, в котором их настигла смерть. Мы не успели завершить все формальности, не сразу нашли эксперта, дожидались восхода солнца, чтобы произвести осмотр при естественном освещении, в общем, будьте мужественны и старайтесь не мешать следственной группе... После пятиминутной прогулки по морю, поскольку попасть к месту трагедии пешком не представлялось возможным, патрульный катер обогнул скалистый утёс, вонзившийся в небо, как исполин, и бросил якорь недалеко от берега. С борта лодки, на которой они покинули катер, Кристина увидела заброшенный дикий пляж, скрытый от любопытных глаз и весьма удобный для влюблённых пар, желавших заниматься сексом на лоне природы, под палящим солнцем или в ночной тиши. Кристина встряхнула головой, прогоняя дурацкие мысли. Лодка ткнулась носом в каменистый грунт, один из полисменов подал Кристине руку, и она благополучно сошла на берег. В этом укромном и ранее безлюдном месте полным ходом кипела работа следственной группы. Щёлкал фотоаппарат, металлическое полотно рулетки с противным, щекотавшим нервы звуком СКОЛЬЗИЛО по острым камням, в полиэтиленовые пакеты опускались какие-то предметы неопределённого происхождения. Клочок берега напоминал разрушенный муравейник, в котором уцелевшие особи, следуя врождённым инстинктам, продолжали одержимо работать, словно только в труде состоял великий смысл жизни. Кристина приближалась к телам, накрытых тёмной тканью, так медленно, будто на их месте стояла гигантская гильотина, окруженная толпой кровожадных палачей. Её слегка мутило от пред¬стоявшей процедуры опознания. Сможет ли она узнать маму через девятнадцать лет, после того, как была сделана её последняя фотокарточка? Кристине было страшно, но она неуклонно шла навстречу небывалому в жизни испытанию. Солнце, стремившееся к зениту, жгло нестерпимо горячо, казалось, оно вознамерилось уничтожить все следы и участников трагедии, чтобы они не оскверняли вездесущего великолепия природы. Кристина застыла в двух шагах от трупов. Кто-то услужливо отбросил тонкую ткань. Обнажённая женщина распласталась на спине, разбросав руки и раздвинув ноги, как на картинках в учебниках по сексологии. На ней не было видно никаких признаков насилия или увечья. Глаза были широко открыты. Если бы не удручающая действительность, Крисси решила, что её мама загорает на пляже, беспечно уставившись в небо. Чем-то кошмарным веяло от этой картины. Рядом с женщиной в причудливой позе застыл муж¬чина. Он лежал на боку, изогнувшись дугой, на спине виднелись свежие царапины, лицо было разбито и перепачкано в крови. Кристина отвела взгляд и снова посмотрела на маму, в её лицо. Теперь она содрогнулась от ужаса. Глаза Пантеры остекленели и вы¬глядели безжизненными, зато остальные черты излучали счастье от непостижимого блаженства. Внезапно Кристина с впечатляющей реальностью представила чудовищную развязку. ... Сплетенные тела, летящие с высоты двадцатиэтажного дома; женский крик наслаждения, вызванный все¬побеждающим оргазмом; ужас мужчины, оттолкнувшего от себя партнёршу.... Это выходило за рамки мысленного восприятия реальности. Каким нужно было обладать богатым извращённым воображением, чтобы заниматься любовью за углом трактира, на деревянной жёрдочке, висевшей над глубоким обрывом? У Кристины потемнело в глазах, и она, скорее всего, упала бы, но вовремя подоспел инспектор Ламберт. Он подхватил её, попросил у коллег успокоительного и насильно сунул таблетку в пересохший ротик девушки. - Да, это Бенедикт Рош, - сказала Крисси через минуту, посмотрев в лицо матери последний раз. Дикий восторг от близости с мужчиной, оставшийся на мёртвой маске надёжно отпечатался в памяти разбитой и подавленной девушки. Она решительно отвернулась от страшной сцены и неровной походкой пошла к морю. Благоговейная тишина и мёртвая неподвижность преобладала в погоде того дня. Солнце беспощадно обжигало, ленивый ветер даже не пытался побеспокоить раскалённый воздух и прибрежные скалы. Глубокое затишье перед страшной бурей. - Я хочу вернуться домой, - заявила Кристина подошедшему полицейскому. - Отвезите меня в аэропорт. - Мадемуазель Армонти, - виновато промолвил Олив. - Вам придётся задержаться в городе на несколько часов, чтобы уладить последние формальности и получить свидетельство о смерти. Нехотя, Кристина всё же согласилась. По настоянию Ламберта Кристина пообедала в небольшом скромном ресторанчике, чтобы скоротать время до получения официальных заключений и документов. Олив пообедал вместе с ней, решив, что его присутствие поможет девушке держаться и не па¬дать духом. Хотя он заблуждался, тем не менее, ни на шаг не отходил от своей подопечной. Около двух часов они просидели в полном молчании. Олив не решался завести разговор, а Крисси не имела ни малейшего желания вести беседу. Ей казалось, что она никогда не сможет отвлечься и думать о чём-то другом, кроме жуткого происшествия. Перед глазами навязчиво плыла одна и та же картина: Пантера Рош распластанная на камнях в позе ожидания с лицом счастливейшей, умиротворённой женщины. Кристину душила досада. Зачем её привезли на мрачный берег, кому нужна была встреча с далёким, чужим человеком, умершим однажды девятнадцать лег назад? Ураганный поток чувств и эмоций всецело захлестнул её сознание, пытаясь отобрать всё святое и чистое, что было основой и твердыней спокойной и размеренной жизни. Кристина не хотела потерять уверенность в завтрашнем дне, не должна лишаться завет¬ной мечты, которая определяла её дальнейшую жизнь. Её угнетал город Ф. с его домами, барами, красивыми проспектами, её раздражали люди, жившие в нём, и взявшие на себя заботу о несчастных мира сего, её злили приезжие и туристы, возомнившие этот город раем. Кристина упорно молчала, чтобы бешенство, накопленное в ней, внезапно не вырвалось наружу и не навредило окружающим. Завершив затянувшуюся трапезу, Олив отвёз Кристину в отделение судебной медицины. Там ей выдали свидетельство о смерти и оформили документы на пересылку тела Пантеры Рош через границу. Процедура заняла около часа, в течение которого Кристина рассматривала просторный кабинет малоприятного заведения. Она хотела отвлечься, найти в окружающей обстановке что-нибудь утешительное, способное вытеснить из головы мрачные мысли, но ничего не получалось. Как жестока человеческая память, хотя раньше Кристина этого не замечала. - Когда вы собираетесь вернуться во Францию? - спросила не¬молодая женщина - типичная итальянка с тёмными волосами и хорошей фигурой. - Сегодня и как можно быстрее. - Я подготовлю необходимые документы, а вы пока оплатите цинковый гроб и услуги авиакомпании в другом конце коридора. Через четверть часа всё будет готово. Не волнуйтесь, возвращаться сюда вам больше не придется. Кристина облегчённо вздохнула. Ни за какие блага она не согласится вернуться в город Ф.. Она страстно хотела навсегда забыть о его существовании, насколько это возможно. - Ну, вот и всё, - сказала Кристина, остановившись у полицейской машины. - Меня больше ничто здесь не задерживает. - Вы проверили все бумаги? - спросил Олив, распахнув перед ней дверь Шевроле. - Кажется, да. - Садитесь, я хочу взглянуть на них. - Нет, не нужно. Если что-то не так, я буду действовать через полчаса. Спасибо вам за всё. ' - Хотите, я отвезу вас в аэропорт? - предложил Олив, слабо улыбнувшись. - Зачем? У вас дела по службе, я могу воспользоваться услугами автобуса. - Но мне нетрудно, - слегка сконфуженно настаивал Олив. -Разрешите хотя бы проводить вас до остановит. - Ну, хорошо, - сдалась Кристина, нырнув в салон. - Отвезите меня за город, к остановке автобуса. - Отлично! - обрадовался Ламберт, усевшись за руль. - Вы не поверите, но мне действительно вас жаль. Не хочется оставлять вас одну, зная как вам нелегко бороться с болью утраты. - Нет, всё в порядке, - откликнулась Кристина дружелюбно. -Вы напрасно терзаете себя сочувствием. Я просто хочу вернуться домой. - Понимаю, - бросил Олив, нажимая на акселератор. - И всётаки, вы не умеете притворяться. ' ' - В конце концов, это не ваше дело, - огрызнулась Крисси. -Если вы такой навязчивый, остановите машину, я сама доберусь до остановки. Олив смолк, потеряв последнюю надежду на благосклонность мадемуазель Армонти.

Поиск
Реклама
Лучший
курс обмена
BestChange.ru – популярный сервис по подбору выгодных обменных пунктов электронных валют, который поможет вам производить свои обмены безопасно и с минимальными потерями на комиссиях.
Обменять
на
Статистика

Онлайн всего: 1
Гостей: 1
Пользователей: 0